Let’s Talk! / Поговорим?! С Альбеной Алексанровой

Имя Альбены Александровой уже стало легендой. На волне перестройки она создала свой Модный Дом «Рошавата Гарга», принесла свежую и авангардную моду в новую независимую Болгарию и встала у истоков развития всей модной индустрии в этой балканской стране. Альбена уверена, что дизайнеры Восточной Европы способны творить чудеса, что машины заменят модельеров в массовой моде и, что за большой модой стоят большие деньги. Обо всем об этом и о том, почему ее учитель Ив Сен-Лоран невзлюбил птиц читайте и смотрите в нашем интервью.

Альбена, здравствуйте! В этом году ваш бренд отмечает 30-летие. Расскажите о самых значимых для вас достижениях.

Их много! 30 лет это серьезная история. В переводе на русский «Рошавата гарга» означет «взъерошенная ворона». Что это значит? Это болгарская поговорка: «Ако ште а гарга, да е рошава» – «Если будет ворона, то пусть будет взъерошенная». И это означает, что если мы делаем что-то, то делаем мы это, как надо, качественно. В болгарской фольклористике ворона – это символ мудрости. Что бы ни случилось, ворона всегда будет жива.

У меня много наград: «Золотая игла» – наивысшая дизайнерская награда в Болгарии, «За самый популярный бренд», «Самая элегантная бизнес-леди», «Авангардная мода», «Влиятельные женщины XXI века». Но самые большие мои достижения – это мои клиенты.

За эти годы я много работала на болгарском рынке, в Голландии, Франции, Италии. Сейчас я работаю в США, точнее между Америкой и Болгарией. В Париже я прожила 13 лет и работала в команде Ив Сен-Лорана (Yves Saint Laurent (YSL)). С 1996 года я его ученица. Оказалось, что он не любит ворон. При первой встрече он посмотрел на мою визитку и спросил о лого на ней. Я объяснила, что это символ вороны. Его реакция была незамедлительной: «Ой, я не люблю птиц!». Оказалось, что когда он был маленьким, они с родителями были в гостях, и у собственника этого имения был большой вольер с птицами. Ив Сен-Лоран вошел в эту клетку с птицами и те напали на него. С тех пор сложилась такая нелюбовь в пернатым. Он сказал мне: «Я – человек искусства и понимаю, что птица – это символ полета, свободы, размаха. Но я птиц не люблю».

Во время моего 13-летнего парижского периода я работала с дизайнерами Соней Рикел, Ниной Ричи и Кастелбажаком. Хатем получила приглашение от молодого Модного дома из Голландии, где мы начали создавать новую моду для того рынка. Женщины там особенные, антропологически специфические – это Скандинавия. Работала я там около года, занималась исследованиями вкусов и предпочтений женщин того рынка. Но спустя год бренд перестал существовать, компания закрылась по непонятным мне причинам, и я вернулась в Болгарию.

Не жалели, что пришлась вернуться?

Нет! Я не жалею никогда ни о чем. Это мой опыт!

Что нужно, чтобы стать хорошим дизайнером?

Многие думают, что успех и слава в моде приходят легко. Но это далеко не так! За любым успешным модным дизайнером стоят годы труда. В моде столько математики! Чтобы сконструировать одно платье, вам надо использовать формулы. Потому что в дизайне самое главное – это конструкция. Это и есть прикладная часть моды. Так что за дизайнером стоят не только слава и подиумы, но серьезная работа.

Существует два способа стать отличным дизайнером. Как работает дизайнер: выбирает материал и делает эскиз или сначала создает эскиз, а уже потом подбирает материал. В моем случае – я сначала выбираю материал и обдумываю, что можно из него создать, что материал позволяет. Делаю эскиз и обсуждаю с конструктором возможные технические решения для моего эскиза. Появляются выкройки, по которым шьется платье – продукт готов! А что после? Этот продукт нужно как-то представить на рынок, как-то продать, заинтересовав правильного клиента.

Ежегодно я принимаю студентов из Академии искусства на прохождение практики, стажировки. Многие из них создают какой-то эскиз и предлагают мне его купить. Спасибо большое! Важно ведь не просто создать что-то красивое или авангардное, а вложить идею в это творение. Важно, что за этим эскизом стоит. 10 лет я провожу конкурс среди своих практикантов на лучший эскиз по заданной теме. Финалисты с помощью моей технической команды создают свои модели и представляют их на подиуме вместе с сезонными показами «Рошавата гарга», после чего эти модели представлены в моих бутиках, а я лишь получаю комиссию с продажи. Все справедливо! Но интересно то, что несли на мой конкурс приходят 50 человек, то к концу их остается не больше 8-ми. Не хватает терпения и желания трудиться. Это ответ на ваш вопрос. Почему же ты решил стать модным дизайнером? Для того, чтобы что-то нарисовать и продать эскиз? Нет, так не получится!

Как происходило изменение бренда за эти 30 лет?

Я смотрю на свои фотографии 30-летней давности и смеюсь, спрашивая себя: «Как я могла это создать!». Но тогда это было модно. Это было актуально. Смотря на эти фото-воспоминания за все 30 лет, мой бренд стал более шикарным, утонченным. Если это брюки, юбка или платье, то не простые. А с каким-то складочками, кармананами, рюшками. Чтобы было что-то типичное для «Взъерошенной вороны». Моя бабушка когда-то была известным модельером, а моя мама работала в Модном доме «Лада», очень известный во время социализма, который обслуживал высокие этажи власти. С детских лет я не любила готовую одежду, потому что в семье было принято шить одежду для каждого индивидуально по размеру – для меня, моего брата, для мамы. Затем я сама начала пробовать шить. Мама очень не любила, когда я притрагивалась в ее швейной машинке. Но я оказалась настойчивее. Начала шить подругам, и после перестройки, в 1991 году я решила создать собственный бизнес.

Начинала я свой бизнес с 10 тысяч евро. Тогда это, конечно, были неплохие деньги. Естественный шелк, с которого я начала свой бизнес – дело семейное. Мой дед работал на фабрике по производству шелка и так я меня были прямые связи с поставщиками и доступ к материалам лучшего качества. Я наняла лучших швей, которые находились на разных концах Софии. Купила маленькую машину – «Тико». С одной стороны города – до другого – 30 км. Но расстояния для меня не были проблемой. Каждый день я проезжала эти 60 км туда и обратно в офис, где я проводила примерку каждому клиенту и, при необходимости, вносила изменения. Этот энтузиазм, эту энергию, которые я вложила тогда в создание своего бренда, это все запечатлено в моих фотографиях.

Конечно, мода изменилась, новые тенденции, материалы. К шелку я добавила лен. Сейчас мы работаем с синтетическими актуальными материалами, которые позволяют создавать до этого невозоможное. Мой вкус изменился и вкус моего Модного дома.

А как изменилась клиентура?

Первые покупатели, которые стали моими клиентами 30 лет назазад, все еще остаются моими клиентами. Уже выросли из дочери, отпраздновав в моих платьях выпускные балы, и другие значимые в жизни события и всякого рода праздники. Они также мои клиенты. И уже третье поколение – внучки моих первых клиенток. Клиентура в Болгарии очень интересная, и делиться она на тех, кто покупает всемирно известные марки одежды, как YSL, D&G, Dior и такие, которые предпочитают независимые и оригинальные бренды. Для них главное, чтобы одежда была интересная, непохожая на другую, особенная. Это мои любимые клиенты.

Как Искусственный интеллект и глобальная диджитализация изменят мир моды?

Возможно, это следующий этап. Я вижу, как изменяется мир. Я живу в Лас-Вегасе половину времени в году и вижу, как машины шаг за шагом начинают заменять людей в разных сферах. Пять-шесть лет назад у меня возникла идея создать модный гаджет: к примеру, вы заходите в молл, и вам хочется приобрести свой размер платья, которое вам понравилось на витрине. Идея этой машины – нажатием кнопки задать свой размер, чтоб создать выкройку понравившегося вам платья, приобрести ее, распечатав там же с помощью этого гаджета и отнести материалы к портному, которые без лишнего труда сошьет платье. Так, работа конструктора и модельера упрощается, что экономит человеко-часы. Это бы серьезно помогло мне в работе, потому что в Болгарии очень сложно задержать персонал на рабочем месте, независимо, какое вознаграждение ты обещаешь. Разочаровавшись в работниках, в персонале, я решила создать такую машину. Я наняла специалистов, которые попробовали создать этот «синтетический мозг», но на тот период развития технологий это оказалось очень сложным.

Если мы все же достигнем уровня развития, когда машины смогут производить одежду по одному нажатию кнопки, нужны ли нам будут дизайнеры?

Дизайнеров в массовой моде практически уже и нет. Мода циклична, и что бы ты ни сделал, мода повторяется. Сейчас воспроизводят моду 70-х, потом – 80-х. Эти повторения говорят нам о том, что мы как-то исчерпали себя. Когда об этом говорит модный дизайнер, конечно, это звучит немного страшно. Но индивидуальная мода останется, а значит и востребованы будут креативные и талантливые дизайнеры. Всегда будет спрос на персональный пошив. Именно так я работаю уже 30 лет. Но индивидуальный заказы и клиенты – это финансово недостаточно, экономически нецелесообразно для ведения бизнеса. Поэтому я и работала для линий прет-а-порте Сони Рикел, Нины Ричи, Ив Сен-Лорана, чтобы реинвестировать полученный доход в производство индивидуальных проектов. Это искусство и там дизайнер находится в вихре творчества. Поэтому творческие личности должны иметь поддержку.

Говоря о творчестве, на ваш взгляд, что мешает болгарским, российским и всем восточноевропейским дизайнерам «пробиться» на подиумы и в шоу-румы Нью-Йорка, Милана, Парижа?

Я знаю немало российских, украинских, болгарских дизайнеров, чьи коллекция представлены в шоу-румах упомянутых модных столиц. В большой моде, в мировой моде за дизайнерами стоят деньги. Даже Кавалли не стал бы таким знаменитым, если б за ним не стояла финансовая поддержка. И снова мы возвращаемся к вопросу поддержки. Впоследствии, когда бренд уже станет известным и продаваемым, дизайнер может располагать собственным капиталом. Но до того, при старте, нужна поддержка. Я уверена, что в Восточной Европе немало по-настоящему интересных и талантливых дизайнеров, уникальные люди которые обогащают мировую моду разнообразием фактур и тканей, присущих их регионам и культурным традициям. И если кто-то им поможет в самом начале, подставит плечо, то я уверена, что они сотворят чудеса.

 

Оставить Ответ

Your email address will not be published. Required fields are marked *